Знакомый рассказал... Собрался он на охоту, тепло оделся (дело было зимой), взял ружьишко и отправился на сенохранилище, расположенное недалеко от села, зайчиков пострелять. Охота заключалась в долгом и терпеливом ожидании длинноухих в засаде наверху рулонов с сеном. Свою заячью шапку (!) он перевернул задом-наперёд и завязал под подбородком. Так, на всякий случай, для маскировки. После трёх или четырёх часов непрерывного ожидания он стал засыпать, и вдруг... Далее от первого лица. Последовал сильный удар по черепу... Темнота — хоть глаз выколи! Сердце от страха в пятки ушло. Потом снова видимость открылась, и звук над шапкой: "Шшух-шшшух-шшух", и шапку кто-то, б***ь, изо всех сил тянет наверх! Я чуть спросонья не обосрался: как бы шапку вместе с головой не оторвали. Оказалось, это гребаный филин сверху напал на мою заячью шапку. Подумал, гад, что зайца поймал, накрыл моё лицо крыльями, а потом чуть не утащил мою башку вместе с шапкой...
Случай на охоте. Журналист спрашивает: "Как же так, что же случилось?" Дик Чейни: "А, ерунда, не делайте из мухи слона. Это был просто "Дружественный огонь"!"
Охотник вышел к ручью умыться и попить водички. Наклонился к воде и вдруг услышал какой-то шорох в кустах вверх по течению. Спрашивает: — Эй, там, вверху по течению, никто не писает? И слышит сдавленный ответ: — Нн-е-ее-е-т!
Ловят два рыбака рыбу. У первого ничего не клюет, у второго клев идет на ура, только успевает забрасывать удочку. Первый: Друг, подскажи на что ловишь? Второй: На таблетки от триппера. Первый все бросает и бежит в ближайшую аптеку. -Дайте мне три, нет, пять пачек таблеток от триппера. продавщица: -Что уже поймали? -Нет, но место знаю о@уенное.
Приходит домой жена пьяная. Муж спрашивает: — Ты где была? Она отвечает: — На рыбалке. Муж говорит: — А где рыба? Что клева не было? Жена: — Почему? Клево было!!!
История произошла в начале восьмидесятых со знакомыми, жителями С. — крупного поселка В-й области.
Решили они поохотиться на медведя "на овсах".
Когда овес созревает, медведи кормятся на полях, в сумерках выходя из леса в укромных, плохо просматриваемых местах. Обнаружив места кормежки, охотники устанавливают на дереве "лабаз" — дощатый настил, — и устраиваются в засаде. Естественно, при установке лабаза стараются не шуметь, чтобы не насторожить зверя, а в засаде так вообще — полная тишина.
В общем, герои затаились в лабазе. В сгущающихся сумерках медведь вышел на поле. Какое-то время нечеткий силуэт двигался по полю, и пропал. Охотники сидели, напряженно всматриваясь и вслушиваясь — зверя не было. И вдруг — тихий звук. Тварь висела на дереве и с удивлением рассматривала чужаков.
Короткая немая пауза. И тот, кто был ближе к стволу, выхватил топор и с криком ударил, целясь в голову. Мишка отшатнулся, и топор перерубил веревки, крепившие лабаз к дереву. Лабаз рухнул, сбив зверя. Очень удачно сбив — тварь оказалась внизу, став амортизатором.
Не дожидаясь, пока разъяренный медведь (максимальная скорость — 64 км/ч) очухается и кинется мстить, охотники ломанулись наутек и пришли в себя через 9 км, на окраине поселка. Но рядом с лабазом остался мотоцикл!
К нему возвращались медленно, осторожно, ружья наготове, прикрывая друг друга. Зверя не было — упав на землю, он ломанулся в лес, и следы сопровождались "медвежьей болезнью".
Охотник возвращается с охоты — с одной стороны гусь, с другой — ружье. А сам весь побитый, на лбу большая шишка. Сосед спрашивает: — Ты откуда, Вася? — С охоты. — Гусь, что ли, дикий попался? — Да нет, гусь не дикий, хозяин диковатый попался.
Несколько лет назад снимал я квартиру. Соседями моими были молодая пара Вова и Света. Дом был панельный. Звукоизоляции практически никакой. И Свету я слышал не только, когда видел ее днем, но и ночью, когда она стонала за стенкой. А ее муж Вова был заядлый охотник. Зайцы, утки, косули — это постоянное хобби. Как-то он пригласил меня в гости обмыть дичь. Светы как раз дома не было. Мы хорошо выпили, ну я его и спрашиваю: — Вован, а те бурные ночи, которые ты своей жене устраиваешь — это по поводу твоей удачной охоты? Вова: — Нет, как раз наоборот. Когда мне удается подстрелить дичь, то мы ее хорошо обмываем. И сил на жену уже не хватает. Зато если косуля или заяц ускальзывает, тогда я свою злость так сказать превращаю в удовольствие. Как-то смотрел я вечером телек. Ну и услышал за стенкой стоны Светы. Это продолжалось довольно долго. Затем был перерыв. Потом опять стоны. Опять перерыв. Затем опять стоны. Короче спалось мне в ту ночь хреново. Утром, уходя на работу я закрывал дверь. Из соседней двери вышла счастливая Света. Она промурлыкала мне: -Доброе утро! Я задумчиво посмотрел на нее и сказал: — Кабан хоть и был ранен, но ему удалось скрыться! Света вытаращила на меня глаза: — А откуда ты знаешь????