Штирлиц по ночам любил храпеть. Но Храпеть не любилаШтирлица.

— Штандартенфюрер Штирлиц, мы отправляем вас с разведзаданием в глубокий тыл врага — в советскую Йошкар-Олу.
— Документы готовы?
— Да, все в порядке. Вот паспорт, водительские права, страховка... Вот характеристика от партии...
Штирлиц читает характеристику: "Истинный мариец. Характер мордвический..."

Штирлиц вышел из моря и с размаху бросился на гальку. Галькане испугалась. Так было надо и она это знала.

Штирлиц встал спозаранку и дернул занавескую. Он не знал, чтоПозаранку и Занавеску — румынские разведчицы.

Штирлиц вошел в кабинет и увидел на полу бездыханное телоМюллера. "Отравился", — подумал Штирлиц, поглаживая рукояткуторчащего из спины Мюллера топора.

Штирлиц был извращенец. Поэтому во Вращенцах ему поставилипамятник.

Штирлиц лег в постель и, немного спустя, уснул.

Штирлиц кормил немецких детей украдкой. От украдки дети пухлии дохли.

Штирлиц дрался с огоньком. Огонек дрался как мог. Мог был па-рень крутой. А Крутая слабаков не жаловала.

Штирлиц увидел людей в советской военной форме, в маскхалатахи с автоматами. "Разведчики," — догадался Штирлиц.

Штирлиц топил печку. Через час печка утонула.

Штирлиц сел в раскоряк. Раскоряк завелся и поехал.

Штирлиц порол чушь. Чушь отчаянно визжала.

— Штирлиц, — сказал Мюллер, — на чемодане с рацией обнаружены отпечатки ваших пальцев.
— Не может такого быть, — ответил Штирлиц. — Я нес чемодан в перчатках!

Штирлиц шел по лесу и увидел людей с палками. "Лыжники," -подумал Штирлиц. "Штирлиц," — подумали рыбаки.

Штирлиц шел по Красной площади и увидел утюгов. "Утюги," -подумал Штирлиц. "Слабый закос под бундеса," — подумали утюги.

Штирлиц ходил по рейхсканцелярии с расстегнутой ширинкой, изкоторой высовывались красные трусы. И никто не догадывался, чтотак он отмечает Первое Мая.

Штирлиц увидел снежную лавину и подумал: "Бедный пастор, онтак и не научился ходить на лыжах".

— Штирлиц, какого цвета у меня трусы? — спросил Мюллер.
— Красные в белый горошек, — ответил Штирлиц.
— Вот тут-то вы и попались, — засмеялся Мюллер. — Об этом знала только русская радистка.
— Застегните ширинку, шеф, иначе об этом будет знать все 3-е управление.

— Штирлиц, вы еврей! Я прикажу вас расстрелять! — закричал Мюллер.
— Неправда! Я русский! — ответил Штирлиц.